Психиатрическая
лечебница
# Прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко. ?

Cмотреть полностью
Ша, это работает в обе стороны!!
Поэтому лучше не просыпаться вместе! ?
Поэтому лучше не просыпаться вместе! ?

Cмотреть полностью
Однажды я была Снегурочкой, и нет воспоминания страшнее.
Не стриптизершей. Не какой-то там развратной девицей в кокошнике, что сосется с Дедом Морозом, потому что он отрубился спьяну, и это единственный способ вдохнуть в него жизнь. Не классической страдалицей между Мизгирем и Лелем. И даже не взрослой тетей, что надела ажурное нижнее белье, белые сапожки, песцовый полушубок и накрасила губы розовым перламутром. Нет.
Я была настоящей Снегуркой из старшей группы детского сада.
Еще я была Красной Шапочкой. Тогда мне надели на голову алую штуковину, к которой были пришиты тяжеленные рыжие косы. Денис, что был волком, настиг меня, я покорно села на стул, задрапированный под пень, как того требовал сценарий, а волк в шлеме с ушами и с хвостом на шортах успокаивал... подробнее
Не стриптизершей. Не какой-то там развратной девицей в кокошнике, что сосется с Дедом Морозом, потому что он отрубился спьяну, и это единственный способ вдохнуть в него жизнь. Не классической страдалицей между Мизгирем и Лелем. И даже не взрослой тетей, что надела ажурное нижнее белье, белые сапожки, песцовый полушубок и накрасила губы розовым перламутром. Нет.
Я была настоящей Снегуркой из старшей группы детского сада.
Еще я была Красной Шапочкой. Тогда мне надели на голову алую штуковину, к которой были пришиты тяжеленные рыжие косы. Денис, что был волком, настиг меня, я покорно села на стул, задрапированный под пень, как того требовал сценарий, а волк в шлеме с ушами и с хвостом на шортах успокаивал... подробнее

Cмотреть полностью
Однажды я поняла, что самые адекватные люди - это пьяницы. Они нутром чуют, что делать в безвыходных ситуациях, тем и спасаются. А однажды и меня спасли.
Я жила в Москве на Патриках, в доме, которому стукнуло сто лет. Сначала он был доходным, потом публичным, потом "вороньей слободкой". Наконец, клоповники стали расселять, дом обзавелся отдельными квартирами, обретя статус престижного. От окончательной лаковой гламурности его отделял буквально шаг. А именно, из двух квартир никак не хотели выселяться прежние жильцы, кляузник Яша и алкоголичка Люсьена. Яша жил с мрачными домочадцами: женой, точной копией постаревшей Баськи Грач, двумя усатыми сварливыми дочками и десятью кусачими злющими кошками. Не буду тратить слов на описание сложных запахов и звуко... подробнее
Я жила в Москве на Патриках, в доме, которому стукнуло сто лет. Сначала он был доходным, потом публичным, потом "вороньей слободкой". Наконец, клоповники стали расселять, дом обзавелся отдельными квартирами, обретя статус престижного. От окончательной лаковой гламурности его отделял буквально шаг. А именно, из двух квартир никак не хотели выселяться прежние жильцы, кляузник Яша и алкоголичка Люсьена. Яша жил с мрачными домочадцами: женой, точной копией постаревшей Баськи Грач, двумя усатыми сварливыми дочками и десятью кусачими злющими кошками. Не буду тратить слов на описание сложных запахов и звуко... подробнее

Cмотреть полностью




