?Великий русский художник Исаак Ильич Левитан был писаным красавцем. Бывало, идёт по улице с кисточками, а дамочки встречные прямо падают вокруг и автографов просят. В один прекрасный день попросила его жена петербургского градоначальника Анна Николаевна: - Изобрази меня,  Исаак, как Рембрандт Данаю, в голом виде и  под золотым дождем. - Не могу, - отвечает, религия не позволяет. И ушел берёзки рисовать. А среди берёз опять же крестьянки... Через неделю надоели ему деревенские бабы своей простотой,  вернулся к градоначальнице. А барыня обиделись и к себе не допускают. Вышел художник на крыльцо и велит дрожки закладывать, в Москву ехать. А тут  дочка ейная к нему подкатывает.   - Научите меня дядя Изя рисовать, я способная, - и картины свои тащит. Глянул Исаак на неё - симпатичная. Отвёл её на полянку и давай учить. А  мамаша опомнилась тем временем, простить решила, а тот уже при дочке. Начали дамы скандалить,  на шум  писатель Чехов Антон Павлович выскочил с соседней дачи. Изобразил эту сцену в рассказе и в газетке пропечатал. Градоначальник прочитал и полицмейстера спрашивает: - Что этот еврей в Москве делает? Нету у него никакого права жительства в столицах. Выслать в 24 часа Обиделся на Чехова Левитан и говорит: - Антисемит ты, Антоша, хоть и мастер художественного слова. Подставил на ровном месте. Писал бы про заек, как Некрасов, а не про друзей закадычных. Сказал так и за границу уехал. Погулял по  Парижу, на импрессионистов посмотрел и понял - не его это. Ностальгия по русской природе замучила.  Вернулся на родину, а там как раз революция случилась. Пейзажи  никто не ценит, а портреты вождей  Бродский рисовать пристроился. Плюнул Левитан на изобразительное искусство и пошел на радио работать. Диктором. А так как телевизоров ещё не было, красоту его при советской власти никто не оценил. Anatol Zolotushkin