ЛЮБОВЬ и АРБУЗЫ - Она очень некрасиво жрет арбуз! - говорит мой друг. - Я ее брошу. - Из-за арбуза?! - Из-за арбуза. Понимаешь, я, когда вижу, что она меня тащит во фруктовый ряд в супермаркете, сразу весь испариной покрываюсь. Чувствую трагичное. Говорю: "Ты, котик мой, винограду захотела, да?". Она мне: "Нет, зайчик, не винограду". Я говорю: "Может голубики, душа моя?" А она: "Нет, драгоценный, не голубики", - и тянет меня нежно за рукав, словно в спальню. "А что? Яблочки? Персики? Сливы? Дыньку хотя бы?" А она: "Нет, любимый! Я хочу арбузик!" И катит, ****, двенадцатикилограммовый на весы. Раком станет и двумя руками толкает ягодку размером с мое горе. А когда устает, ногой его так нежно подпихивает, будто прощупывает живой он или помер. Потом на кассу, в машину, на кухню. Я ей говорю: "Давай, родная, я тебе арбузик почищу. Кубиками нарежу, м? Красиво все сделаю, как в ресторане" А она мне: "Не нужно, сладкий, не утруждайся, я сама". И знаешь, что делает? Х*як его ножом посередине на две половинки и все. Вся сервировка! Берет ложку, садится на диван полулежа, кладет на пузо п*здюка этого алого и давай наяривать! Минут семь ложкой и ртом работает, потом начинает постанывать. "Я, - говорит, - бусеночек, умираю. Дышать не могу, вызывай скорую". И косточки по бороде спускает. "Так может, солнышко мое на голову ударенное, - отвечаю, - стоит арбузик больше не есть? Перестать откушивать шикарной жизни? Отодвинуть?". И это ее будто подстегивает, представляешь? Глаза загораются, спина вытягивается, мускулы руки у ложки твердеют. "Не отдам!", и снова давай его жрать. Щеки розовым отливают, по локтем течет, волосы, периодически окунаясь в этот тазик с жижей, блестят, как у морского льва. Неописушка, какой п*здец. Еще через 10 минут стоны усиливаются: "Я, - говорит, - бельчонок, кажется, сдыхаю. Пузу - ****, жопе - вафли. Рожаю я. Посмотри на живот, он сейчас даст трещину, нашим первенцем станет ягодный мякиш. Назовем его Ашот? В честь продавца. Спаси меня". "Так может, гаденькая моя девочка, - отвечаю, - просто, бл*дь, перестанешь есть это?! Ведь необязательно же за один заход 6 килограммов в себя упокоить. Можно же чуть-чуть! Грамм двести! По-человечески! Ну я тебя прошу..." Не успеваю я договорить, как у нее глаза кровью наливаются (а может это уже арбузный сок к мозгу подошел?). Она расстегивает ширинку, бежит в туалет, возвращается в комнату и говорит: "Все, малыш! Все хорошо. Не беспокойся. Я спаслась!" И идет на кухню за второй половинкой. - Перетерпи до октября, - говорю я. - Там сезон закончится, глядишь, она и про тебя вспомнит. - Нет в этой женщине бога, - отвечает мой друг. - Когда закончится арбуз, начнется айва, хурма и апельсины, еще какая-нибудь шляпа! Можно я лучше сейчас ее брошу? Можно. Потому что это у него не по-настоящему. Ведь в любимой женщине нравится все. Даже присохшая к сосочку арбузная косточка. ✍ Евгения Плихина