Юный Константин Райкин, будучи человеком и темпераментным, и литературно одаренным, вел донжуанский дневник. Записывал, так сказать, свои впечатления от начинающейся мужской жизни. По всем законам драматургии, однажды Костя свой дневничок забыл, в раскрытом виде, на папином рабочем столе — и, вернувшись из института, обнаружил родителей, с интересом изучающих эту беллетристику. — Да-а, — протянул папа. — Интересно… Я в твои годы был скромнее, -—сказал он, чуть погодя. — Ну, ты потом наверстал, — заметила мама, несколько испортив педагогический процесс. Но педагогический процесс только начинался: Райкин-старший вдруг сменил тему. — Знаешь, Котя, — сообщил он, — у нас в подъезде парикмахер повесился… Котя не сразу уследил за поворотом сюжета: — Парикмахер? — Да, — печально подтвердил Аркадий Исаакович. — Повесился парикмахер. Оставил предсмертную записку. Знаешь, что написал? Райкин-старший взял великую педагогическую паузу и, дав ребенку время сконцентрировать внимание, закончил: — «Всех не перебреешь!» Виктор Шендерович.