Играть в космонавтов мне не нравилось, но пару раз приходилось.
Мне больше прятки нравились, залезла в тёмный угол и спи.
Отличная игра.
Или в Карлсона тоже хорошо. Надо было просто жрать из банки рукой
варенье.
Ни разу никто не позвал.
Зато в космонавтов всех как раздирало.

- Айдате в космонавтов играть! - внезапно раздавалось на детской площадке.
- Урааа! Меня возьмите, меня. - сразу начинали орать все вокруг.

Я никогда не хотела, но меня вечно приносило мощным детским течением.
Какая-нибудь соседская девчонка с засохшей синей соплёй на щеке
вцеплялась в мой рукав и орала:
- Мы с Зойкой тоже будем!
- Пусти меня, дура! - шептала я, но меня уже запихивали в общую шеренгу.

Игра начиналась с того, что все дети двора выстраивались по росту, а
капитан корабля по очереди прикладывал к каждой голове пятилитровую
банку, найденную на помойке.
Это называлось примерка гермо-шлема.
Внутри банки болталось немного оранжевой краски, но это придавало
особую пикантность игре. Как будто марсианская кровища.
Кроме страшного советского пупсика больше ничья башка в гермо-шлем
не влазила, поэтому капитан устраивал нам взбучку:
- Отрастили себе бошков! Кто вместо вас полетит? Облезьяна какая нибудь?!

Далее начинались тренировки вестибулярного аппарата.
Нужно было кружиться, пока не позеленеешь. Тренировались самозабвенно до прекрасных белых звёзд перед глазами и блевотки.
Помню один мальчик очень плакал, когда его вывернуло завтраком наружу:
- Бабушка меня прибьет, что я блины выыыыыблевал!

Потом мы учились есть из космического тюбика.
Правда, вместо еды там была зубная паста, но неплохая. Мятно-хвойная такая.
И блинного мальчика опять притошнило, видимо, космос это все-таки не его.
Тем более бабушка не отпустит.

Все выжившие собирались под старой железной горкой, на которой три года красовался глубокий след от Витькиной башки и пели гимн космонавтов:
"И сница нам не рокот космодромаааа, не ета ледяная синева!"

А потом мы все вместе шли в аптеку за мятными таблетками.
Их надо было раскрошить камнем, а потом сыпать себе в рот этот восхитительный прохладный порошок. Это был вкус и запах реального космоса.
А девочка с синей соплёй покупала тыквенные семечки и ни с кем не делилась. Поэтому её исключили из команды.
Лучше бы меня.

Зоя Арефьева.
Комментариев пока нет

Ваш комментарий добавлен

Комментарий успешно отредактирован

Для того чтобы оставить комментарий авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

... ... Играть в космонавтов мне не нравилось, но пару раз приходилось. Мне больше прятки нравились, залезла в тёмный угол и спи. Отличная игра. Или в Карлсона тоже хорошо. Надо было просто жрать из банки рукой варенье. Ни разу никто не позвал. Зато в космонавтов всех как раздирало. - Айдате в космонавтов играть! - внезапно раздавалось на детской площадке. - Урааа! Меня возьмите, меня. - сразу начинали орать все вокруг. Я никогда не хотела, но меня вечно приносило мощным детским течением. Какая-нибудь соседская девчонка с засохшей синей соплёй на щеке вцеплялась в мой рукав и орала: - Мы с Зойкой тоже будем! - Пусти меня, дура! - шептала я, но меня уже запихивали в общую шеренгу. Игра начиналась с того, что все дети двора выстраивались по росту, а капитан корабля по очереди прикладывал к каждой голове пятилитровую банку, найденную на помойке. Это называлось примерка гермо-шлема. Внутри банки болталось немного оранжевой краски, но это придавало особую пикантность игре. Как будто марсианская кровища. Кроме страшного советского пупсика больше ничья башка в гермо-шлем не влазила, поэтому капитан устраивал нам взбучку: - Отрастили себе бошков! Кто вместо вас полетит? Облезьяна какая нибудь?! Далее начинались тренировки вестибулярного аппарата. Нужно было кружиться, пока не позеленеешь. Тренировались самозабвенно до прекрасных белых звёзд перед глазами и блевотки. Помню один мальчик очень плакал, когда его вывернуло завтраком наружу: - Бабушка меня прибьет, что я блины выыыыыблевал! Потом мы учились есть из космического тюбика. Правда, вместо еды там была зубная паста, но неплохая. Мятно-хвойная такая. И блинного мальчика опять притошнило, видимо, космос это все-таки не его. Тем более бабушка не отпустит. Все выжившие собирались под старой железной горкой, на которой три года красовался глубокий след от Витькиной башки и пели гимн космонавтов: "И сница нам не рокот космодромаааа, не ета ледяная синева!" А потом мы все вместе шли в аптеку за мятными таблетками. Их надо было раскрошить камнем, а потом сыпать себе в рот этот восхитительный прохладный порошок. Это был вкус и запах реального космоса. А девочка с синей соплёй покупала тыквенные семечки и ни с кем не делилась. Поэтому её исключили из команды. Лучше бы меня. Зоя Арефьева.
Играть в космонавтов мне не нравилось, но пару раз приходилось. Мне больше прятки нравились, залезла в тёмный угол и спи. Отличная игра. Или в Карлсона тоже хорошо. Надо было просто жрать из банки рукой варенье. Ни разу никто не позвал. Зато в космонавтов всех как раздирало. - Айдате в космонавтов играть! - внезапно раздавалось на детской площадке. - Урааа! Меня возьмите, меня. - сразу начинали орать все вокруг. Я никогда не хотела, но меня вечно приносило мощным детским течением. Какая-нибудь соседская девчонка с засохшей синей соплёй на щеке вцеплялась в мой рукав и орала: - Мы с Зойкой тоже будем! - Пусти меня, дура! - шептала я, но меня уже запихивали в общую шеренгу. Игра начиналась с того, что все дети двора выстраивались по росту, а капитан корабля по очереди прикладывал к каждой голове пятилитровую банку, найденную на помойке. Это называлось примерка гермо-шлема. Внутри банки болталось немного оранжевой краски, но это придавало особую пикантность игре. Как будто марсианская кровища. Кроме страшного советского пупсика больше ничья башка в гермо-шлем не влазила, поэтому капитан устраивал нам взбучку: - Отрастили себе бошков! Кто вместо вас полетит? Облезьяна какая нибудь?! Далее начинались тренировки вестибулярного аппарата. Нужно было кружиться, пока не позеленеешь. Тренировались самозабвенно до прекрасных белых звёзд перед глазами и блевотки. Помню один мальчик очень плакал, когда его вывернуло завтраком наружу: - Бабушка меня прибьет, что я блины выыыыыблевал! Потом мы учились есть из космического тюбика. Правда, вместо еды там была зубная паста, но неплохая. Мятно-хвойная такая. И блинного мальчика опять притошнило, видимо, космос это все-таки не его. Тем более бабушка не отпустит. Все выжившие собирались под старой железной горкой, на которой три года красовался глубокий след от Витькиной башки и пели гимн космонавтов: "И сница нам не рокот космодромаааа, не ета ледяная синева!" А потом мы все вместе шли в аптеку за мятными таблетками. Их надо было раскрошить камнем, а потом сыпать себе в рот этот восхитительный прохладный порошок. Это был вкус и запах реального космоса. А девочка с синей соплёй покупала тыквенные семечки и ни с кем не делилась. Поэтому её исключили из команды. Лучше бы меня. Зоя Арефьева.
Личный кабинет
Проект в соцсетях