Ну,с Босхом!

Многие причудливые создания, которые населяют полотна нидерландского мастера Иеронима Босха (около 1450­ — 1516), — непосредственные потомки сред­невековых маргиналий. Только он перенес их с окраин книжных страниц в самый центр своего визуального мира.

На адской створке «Сада земных наслаждений», одного из самых загадочных триптихов Босха, вокруг которого не утихают споры историков, свинья в чепце сестры-доминиканки лезет с нежностями к испуганному мужчине, в ужасе от­ворачи­вающемуся от ее назойливого пятачка. У него на коленях лежит доку­мент с двумя сургучными печатями, монстр в рыцарских доспехах сует ему чернильницу, а сзади идет человек с двумя запечатанными бумагами.

Смысл этой сцены — как это часто случается с работами Босха — точно неясен. По одной из наиболее убедительных версий, свинья заставляет грешника отписать свое имущество в пользу церкви, что в аду, когда душу уже не спасти, несколь­ко поздновато. Раз так, то вся эта сцена может изобличать алчность клириков и/или напоминать о том, что из преисподней уже нет спасения.

Arzamas
19.05.2021 в 12:00
А может брачный договор? 😊

Ваш комментарий добавлен

Комментарий успешно отредактирован

Для того чтобы оставить комментарий авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

... ... Ну,с Босхом! Многие причудливые создания, которые населяют полотна нидерландского мастера Иеронима Босха (около 1450­ — 1516), — непосредственные потомки сред­невековых маргиналий. Только он перенес их с окраин книжных страниц в самый центр своего визуального мира. На адской створке «Сада земных наслаждений», одного из самых загадочных триптихов Босха, вокруг которого не утихают споры историков, свинья в чепце сестры-доминиканки лезет с нежностями к испуганному мужчине, в ужасе от­ворачи­вающемуся от ее назойливого пятачка. У него на коленях лежит доку­мент с двумя сургучными печатями, монстр в рыцарских доспехах сует ему чернильницу, а сзади идет человек с двумя запечатанными бумагами. Смысл этой сцены — как это часто случается с работами Босха — точно неясен. По одной из наиболее убедительных версий, свинья заставляет грешника отписать свое имущество в пользу церкви, что в аду, когда душу уже не спасти, несколь­ко поздновато. Раз так, то вся эта сцена может изобличать алчность клириков и/или напоминать о том, что из преисподней уже нет спасения. Arzamas
Ну,с Босхом! Многие причудливые создания, которые населяют полотна нидерландского мастера Иеронима Босха (около 1450­ — 1516), — непосредственные потомки сред­невековых маргиналий. Только он перенес их с окраин книжных страниц в самый центр своего визуального мира. На адской створке «Сада земных наслаждений», одного из самых загадочных триптихов Босха, вокруг которого не утихают споры историков, свинья в чепце сестры-доминиканки лезет с нежностями к испуганному мужчине, в ужасе от­ворачи­вающемуся от ее назойливого пятачка. У него на коленях лежит доку­мент с двумя сургучными печатями, монстр в рыцарских доспехах сует ему чернильницу, а сзади идет человек с двумя запечатанными бумагами. Смысл этой сцены — как это часто случается с работами Босха — точно неясен. По одной из наиболее убедительных версий, свинья заставляет грешника отписать свое имущество в пользу церкви, что в аду, когда душу уже не спасти, несколь­ко поздновато. Раз так, то вся эта сцена может изобличать алчность клириков и/или напоминать о том, что из преисподней уже нет спасения. Arzamas
Личный кабинет
Проект в соцсетях