- Вам курицу поменьше, побольше? – спрашивает продавщица.
- Побольше, - отвечаю я легкомысленно, - и в вашу тару.
Не люблю воскресный шоппинг за жратвой. Поэтому в руках у меня 6 пакетов, чтобы в следующий раз идти на рынок уже осенью.
Продавщица, чуть краснея от напряжения передает через прилавок баул с товаром. Я принимаю и тут же хватаю его второй рукой, одной не удержу.
- Она у вас канализационный люк съела и скончалась? – выдыхаю я.
- Просили побольше, - продавщица вытирает лоб…
Дома Юльке покупка не понравилась, - Нахрена брать такую, можно было стадо купить на этот вес. Мне чего теперь, с работы увольняться и ее разделывать?
Без пакета курица хороша. В плечах как старый «Запарожец», ростом, пожалуй, выше.
Я успокаиваю жену, - Зая, читал, если птицу целиком тушить, она вкуснее.
- Давай, туши, - говорит Юлька, - только с вояками договорись насчет полевой кухни. В наши кастрюли ЭТО не влезет. Разве в ванну и сверху воткнуть сварочный аппарат вместо кипятильника.
- Ладно, я разделаю. Не бухти, - я деловито отодвигаю жену от зверя и закатываю рукава.
- Ну-ну, - Юлька иронична. Я не отвечаю, просто смотрю на нее особым мужским взглядом, спокойным и надежным.
Первый надрез получается легко. Второй тоже… 46-й так себе. Режу я уже полсмены, а от целой тушки еще ни один кусок не отделился. Я пробовал с разных сторон, и нож у меня хороший, а вот как была курица вместе, так и осталась. Даже крылышко не отошло. Зато я запутался в курицестроение.
- Юль, - кричу в спальню, - сколько у птиц хвостов, не помнишь?
- Тебе зачем? – спрашивает жена.
- Я три отрезал, сейчас зашел со стороны окна, здесь еще один!
- И это не последний, - Юлька стоит на пороге, - Мама… У нас статья есть за издевательство над животными, ты знаешь?
- Это не животное, это курица и она мертвая, - я слегка раздражен.
- Ты че творишь? Шинковку нахрена взял?
- А что мне делать? У нее нет слабых мест, откуда не возьмусь, везде в конце кости. Думал, срежу верхний слой, где мясо, остальное выброшу.
- Боря, блин, я сейчас соседей позову, чтобы поржали. Давай, заканчивай. Ты мне клеенку искромсал и досточку испортил. Угомонись.
- Зая, можно я ее топором разрублю? – говорю я примирительно. Доску для разделки я вправду укоротил и не заметил.
Юлька кивает, - Руби. Пили, коси, только заканчивай. Тебе еще срач вокруг убирать. Тут собакам до утра стены от курятины вылизывать. Ты ее что, в окно хотел выбросить и промазал? Блин, оставь мужика с ножом без присмотра…

  Boris Sav
Комментариев пока нет

Ваш комментарий добавлен

Комментарий успешно отредактирован

Для того чтобы оставить комментарий авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

... ... - Вам курицу поменьше, побольше? – спрашивает продавщица. - Побольше, - отвечаю я легкомысленно, - и в вашу тару. Не люблю воскресный шоппинг за жратвой. Поэтому в руках у меня 6 пакетов, чтобы в следующий раз идти на рынок уже осенью. Продавщица, чуть краснея от напряжения передает через прилавок баул с товаром. Я принимаю и тут же хватаю его второй рукой, одной не удержу. - Она у вас канализационный люк съела и скончалась? – выдыхаю я. - Просили побольше, - продавщица вытирает лоб… Дома Юльке покупка не понравилась, - Нахрена брать такую, можно было стадо купить на этот вес. Мне чего теперь, с работы увольняться и ее разделывать? Без пакета курица хороша. В плечах как старый «Запарожец», ростом, пожалуй, выше. Я успокаиваю жену, - Зая, читал, если птицу целиком тушить, она вкуснее. - Давай, туши, - говорит Юлька, - только с вояками договорись насчет полевой кухни. В наши кастрюли ЭТО не влезет. Разве в ванну и сверху воткнуть сварочный аппарат вместо кипятильника. - Ладно, я разделаю. Не бухти, - я деловито отодвигаю жену от зверя и закатываю рукава. - Ну-ну, - Юлька иронична. Я не отвечаю, просто смотрю на нее особым мужским взглядом, спокойным и надежным. Первый надрез получается легко. Второй тоже… 46-й так себе. Режу я уже полсмены, а от целой тушки еще ни один кусок не отделился. Я пробовал с разных сторон, и нож у меня хороший, а вот как была курица вместе, так и осталась. Даже крылышко не отошло. Зато я запутался в курицестроение. - Юль, - кричу в спальню, - сколько у птиц хвостов, не помнишь? - Тебе зачем? – спрашивает жена. - Я три отрезал, сейчас зашел со стороны окна, здесь еще один! - И это не последний, - Юлька стоит на пороге, - Мама… У нас статья есть за издевательство над животными, ты знаешь? - Это не животное, это курица и она мертвая, - я слегка раздражен. - Ты че творишь? Шинковку нахрена взял? - А что мне делать? У нее нет слабых мест, откуда не возьмусь, везде в конце кости. Думал, срежу верхний слой, где мясо, остальное выброшу. - Боря, блин, я сейчас соседей позову, чтобы поржали. Давай, заканчивай. Ты мне клеенку искромсал и досточку испортил. Угомонись. - Зая, можно я ее топором разрублю? – говорю я примирительно. Доску для разделки я вправду укоротил и не заметил. Юлька кивает, - Руби. Пили, коси, только заканчивай. Тебе еще срач вокруг убирать. Тут собакам до утра стены от курятины вылизывать. Ты ее что, в окно хотел выбросить и промазал? Блин, оставь мужика с ножом без присмотра…   Boris Sav
- Вам курицу поменьше, побольше? – спрашивает продавщица. - Побольше, - отвечаю я легкомысленно, - и в вашу тару. Не люблю воскресный шоппинг за жратвой. Поэтому в руках у меня 6 пакетов, чтобы в следующий раз идти на рынок уже осенью. Продавщица, чуть краснея от напряжения передает через прилавок баул с товаром. Я принимаю и тут же хватаю его второй рукой, одной не удержу. - Она у вас канализационный люк съела и скончалась? – выдыхаю я. - Просили побольше, - продавщица вытирает лоб… Дома Юльке покупка не понравилась, - Нахрена брать такую, можно было стадо купить на этот вес. Мне чего теперь, с работы увольняться и ее разделывать? Без пакета курица хороша. В плечах как старый «Запарожец», ростом, пожалуй, выше. Я успокаиваю жену, - Зая, читал, если птицу целиком тушить, она вкуснее. - Давай, туши, - говорит Юлька, - только с вояками договорись насчет полевой кухни. В наши кастрюли ЭТО не влезет. Разве в ванну и сверху воткнуть сварочный аппарат вместо кипятильника. - Ладно, я разделаю. Не бухти, - я деловито отодвигаю жену от зверя и закатываю рукава. - Ну-ну, - Юлька иронична. Я не отвечаю, просто смотрю на нее особым мужским взглядом, спокойным и надежным. Первый надрез получается легко. Второй тоже… 46-й так себе. Режу я уже полсмены, а от целой тушки еще ни один кусок не отделился. Я пробовал с разных сторон, и нож у меня хороший, а вот как была курица вместе, так и осталась. Даже крылышко не отошло. Зато я запутался в курицестроение. - Юль, - кричу в спальню, - сколько у птиц хвостов, не помнишь? - Тебе зачем? – спрашивает жена. - Я три отрезал, сейчас зашел со стороны окна, здесь еще один! - И это не последний, - Юлька стоит на пороге, - Мама… У нас статья есть за издевательство над животными, ты знаешь? - Это не животное, это курица и она мертвая, - я слегка раздражен. - Ты че творишь? Шинковку нахрена взял? - А что мне делать? У нее нет слабых мест, откуда не возьмусь, везде в конце кости. Думал, срежу верхний слой, где мясо, остальное выброшу. - Боря, блин, я сейчас соседей позову, чтобы поржали. Давай, заканчивай. Ты мне клеенку искромсал и досточку испортил. Угомонись. - Зая, можно я ее топором разрублю? – говорю я примирительно. Доску для разделки я вправду укоротил и не заметил. Юлька кивает, - Руби. Пили, коси, только заканчивай. Тебе еще срач вокруг убирать. Тут собакам до утра стены от курятины вылизывать. Ты ее что, в окно хотел выбросить и промазал? Блин, оставь мужика с ножом без присмотра…   Boris Sav
Личный кабинет
Проект в соцсетях